Лавра Русского Зарубежья
340 миль к северо-западу от Нью-Йорка в сторону Ютики, в густых предгорьях, по соседству с плодородными землями крепко-сбитых амишей, в небольшом поселке Джорданвилл высится необычайной красоты православный собор.
«Лавра русского Зарубежья», «крупное явление в общерусской и даже американской жизни» – такие эпитеты должны характеризовать что-то исключительное и грандиозное) На самом деле так и есть, пусть даже на взгляд человека, привыкшего к изысканной красоте русских храмов этот, американский, покажется довольно скромным. Но на самом деле великолепный шатровый Свято-Троицкий собор (1950 г.) одноименного мужского монастыря производит поистине ошеломительное впечатление на любого, кто видит его впервые.
В своеобразной ступенчатой композиции легко узнать отсылки и к северному зодчеству, и к элементам модерна: чего стоят, например, три стройные главки-свечки, тесно и трогательно прижатые друг к другу… Здесь бывало множество известных эмигрантов, в их числе — отец мирового вертолетостроения, инженер и ученый Игорь Сикорский. К слову, на основанном им предприятии Sikorsky Aircraft когда-то работали основатели монастыря в Джораданвилле , отец Пантелеймон и Иван Колос.
Первый проект собора был утвержден в 1944 году. Ровно 80 лет назад русско-американский архитектор Роман Верховской, взял за образец Троицкий же собор Почаевской Лавры Тернопольской области, возведенный по проекту Алексея Щусева. Этот проект неоднократно перерабатывали, и в конце концов отказались от него в пользу совсем иного прототипа. Для «Лавры Русского Зарубежья” им неожиданно послужил… небольшой, но необыкновенно живописный храм в подмосковном селе Федино Воскресенского района. Но это — история уже для следующего поста (спойлер – Свято-Серафимовская церковь, одна из самых красивых в Подмосковье, жива и по сей день)
Что общего между подмосковной усадьбой статского советника Павла Ахлестышева и крупнейшим православным собором в США?
Ответить на этот вопрос несложно – вот он пост, выше) Из него, правда, ясно только то, что у «Лавры Русского Зарубежья» — знаменитого Свято-Троицкого собора одноименного мужского монастыря в Джорданвилле штата Нью-Йорк – был, оказывается, некий российский прототип. И вот тут начинается самое интересное: прототип вполне реален, он уцелел до наших дней; о том, что небольшой подмосковный храм послужил прототипом для постройки известного американского собора в приходе до последнего времени не знали ровным счетом ничего.
В 2017 году, во время работы в архиве в библиотеке монастыря в Джорданвилле, я нашла письмо (датировано 1945 г.) декана Свято-Троицкой семинарии Николая Александрова. В нем предлагалось взять в качестве «образца» для строительства будущего собора небольшую Свято-Серафимовскую (Воздвиженскую) церковь в селе Федино Бронницкого уезда (ныне Воскресенского района). Судя по облику возведенного в США собора, братия с энтузиазмом поддержала идею.
И как не поддержать… Высокий шатер с венчающими его свечами-главками, был полностью покрыт керамической поливной городчатой черепицей — за образец формы и полива взяли старинную черепицу башен московского Кремля. Сложенный из ярко-красного кирпича, с уникальными живописными композициями на фасаде, выполненными в сине-лиловых, желтовато-белых, перламутровых тонах — изысканной палитре модерна. С его «лексиконом» экспериментировал архитектор и исследователь русского зодчества Владимир Суслов, по проекту которого в 1914 г. и построили храм.
И хотя за сегодняшними строительными лесами Серафимовской церкви это почти незаметно, но знаменитый собор в Джорданвилле (архитектор-белоэмигрант Роман Верховской построил его в 1954 г.) действительно выглядит как своего рода парафраз подмосковного храма — кубический в плане, на высоком подклете, с ярко-выраженной пирамидальной композицией. Что до Серафимовского храма, то даже спустя 110 лет он сохранил былую красоту. Хотя глазурованная черепица его кровли, майоликовый фриз и центральная часть роскошной майоликовой композиции “Спас Нерукотворный” давно утрачены.
И уж точно ничего не осталось от самого имения, на территории которого строили храм: остатки заброшенного усадебного липового парка и каскад заросших прудов – вот, собственно, и все. Но зато идея владельца имения, Павла Ахлестышева, о строительстве церкви оказалась удивительно «живучей». Спустя ровно 40 лет храм получил, своего рода, вторую жизнь – в 300 милях от Нью-Йорка. О том, что у собора был прототип в монастыре узнали в результате моей работы в архиве (с помощью историка Андрея Любимова, бессменного библиографа)
Его считали гением сразу в двух странах.
Белоэмигрант и один из известнейших скульпторов Белграда, выпускник Императорской Академии художеств и командир-белогвардеец, воевавший под командованием Деникина, снова эмигрант и один из самых одаренных церковных зодчих в Северной Америке – и все это про одного-единственного человека. Его полная кульбитов судьба достойна экранизации. Неудивительно, что имя Романа Верховского я повторяю довольно часто. Так что же это за человек?
Жизни такого масштаба в двух абзацах будет тесно, приведу лишь несколько ярких фактов.
- 60–70 лет назад фамилия Верховского гремела в кругах русской эмиграции в США, а перед этим и в Югославии. Сад королевского дворца Белграда украшал его знаменитый фонтан «Геракл», он же оформлял королевские интерьеры, но прославился благодаря возведению легендарного мемориала «Защитникам Белграда» и памятника-усыпальницы Русская Слава, что на русском участке Нового сербского кладбища.
- После отъезда из Белграда в Нью-Йорк Верховскому пришлось начинать свою «третью жизнь» в новой стране с абсолютного нуля, в возрасте 56 лет! Это и сегодня вызов, а в той эпохе подобных примеров почти не встречалось. Но белый офицер Верховской справился.
- Много лет служил главным архитектором Митрополии РПЦ за границей и Северной Америки. Его наследие — 40+ церковных проектов, в числе которых и известный Свято-Владимирский храм памятник в городке Джэксон, Нью-Джерси, и знаменитые белоснежные иконостасы-грады, которыми гордятся приходы по всему побережью.
Все закончилось полным забвением: наследников не осталось, личные архивы потеряны. Нет даже могилы – Романа Верховского кремировали, развеяв прах в неизвестном месте.